Интервью

Грегори Олсен: У меня еще есть дела в космосе

Автор: Анна Щербакова

Грегори Олсен стал третьим на всей Земле космическим туристом. Еще в 2005 году он провел 9 незабываемых дней на космической станции МИР. За это удовольствие он заплатил всего 20 миллионов долларов. «Всего», потому что с тех пор расценки на полноценное космическое путешествие существенно выросли. Сегодня, если ты мультимиллионер, жаждущий космических высот, будь готов расстаться с сумой порядка 30-40 миллионов долларов.

Главные «туроператоры» Роскомос и Space Adventures не так давно объявили о новой услуге: выходе в открытый космос. Эта опция космического тура стоит еще 15 миллионов долларов. Однако попасть на МКС не так-то просто! И дело не в медицинской комиссии, а в наличии мест на самой станции. И тем не менее недале, как в октябре 2009 года из космоса вернулся девятый путешественник Ги Лалиберте. Но если за дело организации туров взялись бизнесменов, жди скорого развития этой отрасли и расслоения услуг на бюджетные и «премиум». В класс «премиум» попадают многодневные пребывания на космической станции. А вот эконом-вариант обойдется всего в 170-200 тысяч евро. Такую цену объявила компания Virgin Galactic за суборбитальный полет. Что входит в него? Перелет в США, 5 дней усиленных тренировок и 15 минут вожделенной невесомости на высоте 110 километров. Официальная граница космоса проходит на высоте 100 км. Так что если есть желание и свободные финансы — пожалуйте, либо на сайт компании, либо в сеть австралийских супермаркетов «Penny». В этих магазинах 22 октября началась продажа билетов в бюджетное мини-космическое путешествие! Кстати, Virgin Galactic уже собрала около 30 миллионов долларов — говорят, что на «почти бесплатное» космическое путешествие уже выстроилась большая очередь желающих, кому и кризис не помеха.

То ли еще будет!

К 2012 году сразу две компании планируют открыть отели в космосе! (И там не обойдется без конкуренции!) Можно только догадываться о сервисе, который ждет гостей орбитальных отелей! Свадебная прогулка в открытом космосе — это уже даже не фантастика, а планирующаяся реальность. Что ж, подождем еще 50 лет, и нашей зарплаты хватит на космический уикэнд.

Но пока космические туры остаются прерогативой миллионеров. Кстати, даже они при наличии денег и медицинской справки не всегда могут попасть на орбиту. Так, Чарльзу Симонии, американцу венгерского происхождения, жена запретила третий раз лететь в космос. Он вздыхает, но говорит, что семейное счастье дороже экстремальных путешествий. А вот Грегори Олсена (с которого мы и начали) мечта о космических экспедициях влечет все больше: он планирует побывать на орбитальной станции с внуком. А если к тому времени уже можно будет побывать с экскурсией по Марсу или Луне, обещает не поскупиться и на нее.


Все мое поколение мечтало о космосе! Ведь на нашей памяти Юрий Гагарин облетел планету. Вы представляете, как шок испытали американцы? Какой щелчок по носу! Ведь нас учили, что мы первые во всем. Мне было 12 лет, и я помню, как остро отреагировал на этот полет. Я буквально заболел космосом, как и многие мои друзья. Мы понимали, что первыми нам уже не удастся быть, но нам хотелось уже просто побывать там, в запредельной дали, в космосе! И учителя изо всех сил подогревали это стремление. Они говорили, что в космонавты берут только тех, кто лучше всех учится и следит за физической формой. Да, я помню свои 12 лет, когда хотел стать, как Гагарин!

Стремление хорошо учиться сослужило мне хорошую службу. Я стал ученым и успешным бизнесменом. Детская мечта о космосе была почти забыта, ежедневные заботы о реальности отодвинули ее на задворки сознания. Мне было некогда думать о космосе. Я строил бизнес, занимался своими кристаллами. Спустя какое-то время я основал компанию Sensors Unlimited Inc., которая производдит оптическую электронику. А потом стал руководить компанией GHO Ventures, LLC, в Принстоне, Нью-Джерси. Но теперь я все больше времени уделяет виноградникам, которые купил в Южной Африке. В жизни очень много всего интересного! Но детские мечты, оказывается, никуда не исчезают. Мы несем их в себе всю свою жизнь, иной раз даже и не помня о них. Но наступает день, когда главная мечта детства возвращается!

Это был обычный день. Не помню уже какое число, но совершенно точно, что это было в июне 2003 года. Звонки, совещания, подписи, планы, автомобиль... Все, как всегда. Но где-то в середине дня у меня возникла незапланированная пауза. Я сидел в кофейне СТРАБАКС в Нью-Джерси и листал «Нью-Йорк таймс». И вдруг меня как кипятком ошпарило! Я наткнулся на статью о компании, которая занимается организацией космических путешествий, она называется «Space Adventures». В статье рассказывалось о впечатлениях тех, кто уже побывал на орбите. Там было написано про Денниса Тито и Марка Шаттлуорта. И я понял: если они слетали, что мешает мне?! К тому времени я уже был мультимиллионером, поэтому вопрос денег для меня не стоял. Вопрос был только в том, насколько реально лично мне, в моем возрасте (а мне тогда уже было почти 60 лет) слетать в космос. Я нашел телефоны Денниса Тито и Марка Шаттлуорта, чтобы посоветоваться с ними и просто собрать информацию. Они в один голос сказали мне: «Лети! Дальше будет сложнее принять это решение!». И я стал готовиться к полету.

Я начал тренироваться в апреле 2004 в Звездном городке в России. Тренировки длились месяца три. И чуть не каждый день я сдавал килограммы анализов! Меня вдоль и поперек исследовали врачи, по тысяче раз они простукивали, прослушивали и просматривали меня на всех возможных медицинских аппаратах. И, наконец, они разыскали в моих легких малюсенькое темное пятнышко! «Все, — сказали они, — лететь нельзя!» Представляете, что мне пришлось пережить?! Я был в двух шага от цели, когда все полетело в тартарары. Однако мой опыт бизнесмена говорил мне: пока ты не убедишься, что пути дальше нет, останавливаться нельзя! И я обследовался еще раз в другом месте, а потом еще в одном... Целых 9 месяцев я отсылал русским врачам в Звездный городок свои рентгеновские снимки, на которых не было ни единого темного пятнышка! Мне тогда говорили: ты же миллионер, неужели не можешь подкупить комиссию? Но это невозможно! Там 50 докторов, и каждый должен дать «добро» на полет в космос. Я добился своего — комиссия меня пропустила.

И вот ракета оторвалась от земли! Это невозможно описать! Меня просто затопило счастье! Я был настолько счастлив и так боялся, что кто-то у меня в самый последний момент отнимет этот полет! Вы не поверите, но ракета уже была в воздухе, а мне все казалось, что сейчас кто-то придет и постучит мне по плечу: «Эй, а чего это ты тут делаешь? Давай-ка на выход!» И только когда уже пошли перегрузки, я наконец-то поверил: я лечу! Лечу!!! Мне совсем не было страшно! Я чувствовал себя так, будто каждыц день своей жизни только тем и занимался, что поднимался на ракете в космос! Наверное, это чувство уверенности давала мне команда профессиональных космонавтов, с которыми я отправился на МКС. Это были космонавтом Валерий Токарев и американец Уильям Макартур. С этими астронавтами я был, как у Христа за пазухой!

Это удивительно, но Земля из иллюминатора похожа на глобус! Каждое утро из моих девяти дней я просыпался и разглядывал эту светящуюся голубую сферу. Я сразу узнал и Флориду, и Калифорнию, и Камчатку и Южную Африку. Все океаны, моря и острова — все это как на хорошей модели Земли. Это было странно и непостижимо!

На МКС обеды, завтраки и ужины строго по расписанию. Честно говоря, я ожидал худшего от «космической» пищи. А оказалось все вполне сносно. Не то, чтобы, как в ресторане, но если постараться, то овощи от мяса можно отличить. Это похоже на паштет или полуфабрикаты. Но самое вкусное из орбитальной еды — это коктейли! Настоящее лакомство для гурманов. Они сделаны на основе белка, а потому не только вкусные, но и очень питательные. На настоящим открытием для меня стал растворимый кофе по-русски! Неожиданно он оказался очень приятным на вкус.

Меня часто спрашивают, видел ли я хотя бы следы инопланетян. Если честно, то нет. Я очень старался! Я подолгу смотрел в иллюминатор — и на Землю, и в само космическое пространство. Я полностью был готов к инопланетному контакту, но его не случилось. И чем дальше, тем больше мне кажется, что все рассказы об инопланетянах — это сказки для взрослых. Я их не встретил.

Зато какие мне снились сны! На Земле они не такие яркие! А на космической станции для меня было как будто две реальности: одна та, где я лечу вокруг Земли, а другая — та, где я выхожу в открытый космос! Этот сон мне снился почти каждый день — я открываю люк и выхожу навстречу звездам! Даже когда я вернулся на Землю, мне по инерции снился это сон. И когда я просыпался, то не сразу понимал: мое космическое приключение продолжается или уже нет?

Самое страшное во всем полете — это приземление! У нас что-то пошло не так, но не сразу это понял. В мои обязанности входило подавать кислород. И вот мы идем на приземление- давление падает. Но я же не знаю, сколько оно должно быть в норме! Смотрю — упало примерно на 50%. И тут Сергей (Грегори Олсен совершал посадку с российским космонавтом Сергеем Крикалевым — прим. Ред.) как-то странно мне закричал: «Олсен, кислород!» Я понял, что произошла какая-то внештатная ситуация и открыл клапан. Я до сих пор не знаю, почему произошла декомпрессия, но, слава Богу, все обошлось.

Мне в космосе удалось сделать не все, что хотелось. Я ведь ученый. И я надеялся провести на орбите научные эксперименты. Я планировал вырастить кристаллы в условиях невесомости и оценить результат. Мы даже изготовили специальную инфракрасную камеру, которая видит в темноте, чтобы рассматривать Землю. Но я не смог получить экспортную лицензию, чтобы провезти ее на территорию Казахстана. Надеюсь, что я не последний раз был в космосе, и у меня еще будет возможность вырастить кристаллы в невесомости.

Я очень хочу еще раз слетать в космос. Ведь мой полет длился ровно столько, сколько мы облетали вокруг Земли. Мы были на космической станции МИР, которая теперь лежит на дне океана. Скажу больше: я хочу полететь вместе с внуком. Он был на взлетной площадке и видел, как ракета унесла меня в космос. Теперь он тоже заболел этой мечтой — полететь в космос! А может быть мне удастся застать то время, когда люди начнут летать на другие планеты. Уж поверьте, мы с внуком одни из первых полетим на Марс или на Луну!

После своей экспедиции на космическую станцию я понял: нет ничего невозможного! Мечты не устаревают, скорее это мы стареем для их осуществления и упускаем свои шансы. Я отправился в свое самое захватывающее путешествие, когда мне было 60 лет! Позвольте и вы своей детской мечте осуществиться, какой бы несбыточной она вам ни казалась!

December 19, 2009